Дарья Соколова: «Город не будет перспективным, если молодёжь стремится из него уехать»

С Дарьей Соколовой мы познакомились в 2018 году во время обсуждения концепции Школы прикладной урбанистики — образовательного проекта, который сейчас предлагает Центр урбанистических проектов и инициатив «Прастора». Наша беседа переросла в увлекательный диалог о городе и горожанах, жизненных сценариях и их воплощении, архитекторах и проектировщиках — одним словом, о «палитре» современного города.

Дарья Соколова – архитектор-дизайнер, руководитель проекта «Дизайн-платформа», преподаватель кафедры дизайна Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого (Великий Новгород, Россия).

Как жизненный сценарий влияет на восприятие города

— Горожане часто недовольны тем, как выглядит город. Звонят в службу 115.by и требуют локальных перемен: покрасить скамейку, срезать макушки деревьев, оборудовать детскую площадку… Этот подход можно охарактеризовать обывательским. Городские власти идут на поводу у горожан, в то время как должно быть целостное видение. Что значит «профессиональный горожанин»?

— Профессиональный горожанин – это тот, кто умеет считывать город как систему. Мы все в той или иной степени это умеем. Например, когда выбираем себе жильё. Горожанин сразу автоматически анализирует определённое количество позиций в системе города:

  • район;
  • удалённость от центра;
  • транспортная доступность;
  • время и денежные ресурсы, которые будет потрачены на перемещение по городу,
  • наличие необходимой инфраструктуры (магазины, школы, детсады, поликлиники, спортивные и культурные учреждения);
  • наличие рекреационных зон (набережная, парк, лесополоса).

И только потом горожанин обращает внимание на планировку квартиры, этаж, наличие балкона и т.д.

Люди чаще стали обращать внимание на вид из окна будущей квартиры, потому что эта категория будет влиять на них 24/7. Что это значит? Человек покупает уже не столько квадратные метры, сколько тот сценарий жизни, который считает для себя комфортным.

В последнее время количество сценариев жизни горожан увеличилось, а структура города меняется очень медленно. Профессиональный горожанин — тот, кто может увидеть в городе хотя бы несколько сценариев, исходя из своего опыта – детский, подростковый, молодёжный и взрослый, который, в свою очередь, может делиться на семейный и индивидуальный.

— Чем разнится визуальное восприятие города у горожанина-обывателя и горожанина-профессионала?

— Еще раз подчеркну, современный город – это множество индивидуальных сценариев различных групп горожан.  Именно этот факт и определяет различия между обывателем и профессионалом. Обыватель субъективен, то есть погружён только в собственный сценарий и требует для него «максимального комфорта» от городских служб. Как правило, такому горожанину безразличны другие сценарии, потому что он считает свой собственный главным и единственно важным.

По такому сценарию живут дети и пенсионеры. Первые стремятся максимально расширить свой сценарий, превратив все объекты в игру: проверить глубину луж, высоту деревьев, скорость на пешеходных переходах. Вторые — максимально отстоять свой сценарий: «не шумите», «не ходите», «не сидите», «не трогайте».

Профессиональный горожанин не может позволить себе субъективности. Его задача — знать все сценарии поведения горожан и, что еще важнее, следить за появлением новых. Включать их в общий городской сценарий жизни, а затем вносить своевременные изменения в городскую среду. Именно через возможность реализовать в городе свой собственный жизненный сценарий складывается привлекательность города в современном мире!

К сожалению, в постсоветском пространстве горожан до сих пор считают населением, то есть обезличенной массой, которая вечно чем-то недовольна и постоянно что-то требует.

Я согласна с Ильёй Варламовым (прим. редакции – российский общественный деятель, журналист, видеоблогер), нет серьёзных просветительских программ по современной урбанистике, которые давали бы горожанам знания о городе как о сложной системе, и о том, как ей пользоваться в плане экологии, экономии, визуального комфорта, воспитания новых поколений.

Преодоление этих двух проблем позволит превратить агрессивное противостояние «обыватель — профессионал» в сотрудничество. Для этого нужно время, терпение, просвещение и обоюдное желание сделать город лучше.

— Какой официальный документ должен содержать цельное видение городских улиц? И как сделать его доступным и понятным для всех?

— На данном этапе никакой. Еще не выработана система коммуникации между властью, профессионалами и горожанами – нет общего языка. Сначала нужно решить этот вопрос, и только после можно начать сотрудничество и составление различных программных документов.

— В белорусских реалиях урбанистов отождествляют с сообществом молодых альтернативных архитекторов, которые ставят своей задачей воспитывать пользователей городского пространства. Как считаешь, в чём основная задача урбанистов и могут ли ими быть не архитекторы?

— Я бы определила несколько важных задач для современных урбанистов. Первая – постоянно изучать город как живой организм, понимать взаимосвязи сценариев городской жизни, проводить много аналитической работы по их изменению, учиться лучшему в других регионах, не бояться смотреть городским проблемам в глаза.

Вторая задача — найти способ сделать ваш город привлекательным для молодёжи. Я считаю этот пункт один из самых важных. Город никогда не будет выглядеть живым и перспективным, если молодёжь стремится из него уехать. Основная проблема постсоветских городов в том, что их устройство не предполагает наличие детской и молодёжной среды как отдельных и очень важных городских категорий.

Считается, это «несерьёзные» и «несамостоятельные» горожане. Поэтому им городская среда предлагает лишь запреты и контроль. А именно молодежь умеет превращать город в большую игру. И без этого важного фактора город становится унылым и скучным, в худшем случае – мёртвым.

Потребности молодёжи в городской среде не изучены, их способы считывания города не выявлены. Их методы изменения городской среды часто считаются вандализмом, хотя со временем это может стать новым направлением в спорте или искусстве, как паркур или стрит-арт. Проблема в том, что старшее поколение всё время навязывает молодёжи свои представления о городе и жизни в нём, которые вызывают ощущения: «ты чужой», «ты лишний» в этом пространстве.

И третья задача – просвещение и выработка коммуникации между профессионалами, активистами, различными группами горожан и властью. Это важная задача, на которую способны настоящие профессионалы, так как одного запала здесь не хватит, как и одного человека. Это большая и вдумчивая работа, для которой нужна сильная команда.

 

Почему постсоветские города выглядят, как военные части

— В чём разница между архитекторами и городскими планировщика?

— Задача архитекторов заниматься конкретными объектами, их формой и функцией. Городское планирование — это знание всех систем города в целом, их потенциала, актуальности, значимости, проблем и жизнеспособности. Плюс знание всех пользовательских сценариев жизни горожан, понимание имиджа города в регионе, стране и мире.  И, исходя из этих знаний, умение давать задания архитекторам.

— В одной из наших бесед ты сказала: «Чиновники и мещане выбирают пафос…». Обоснуй, пожалуйста, этот тезис.

— Одно из значений слова «пафос» в толковом словаре звучит как «внешнее проявление одушевления, иногда производящее впечатление фальши». Я бы здесь сделала акцент на фальши. Именно она объединяет, на мой взгляд, эти две категории. Всё явственнее проявляется желание этих групп людей демонстративно показать своё финансовое превосходство.

Для этой цели в ход идут любые средства: у чиновников в центре города вырастают «средневековые замки», аналоги которых можно видеть в компьютерных играх, у мещан — итальянская кухня за 1000 у.е. в хрущёвке. К вкусу и стилю это не имеет никакого отношения. Здесь работает жёсткий принцип конкуренции «по горизонтали», который можно определить, как «мы не хуже людей живём».

— На твой взгляд, почему сейчас постсоветские города выглядят, как дешевая военная часть: побеленные и жестко, до стволов кронированные деревья, ограждения…

— Это проблема комплексная и складывается из нескольких факторов.

Первый фактор — постсоветские города страдают больше всего от постсоветского управления, кондового и малоэффективного. Система не меняется, новых людей не впускает, рефлексия отсутствует, все боятся ответственности и начальства. Поэтому сценарий действий не меняется, хоть и звучат правильные слова.

Второй фактор — запрос горожан на новое качество городской среды пока формируется только в больших городах с активным городским сообществом. Там возникают сообщества и активисты, которые постоянно мониторят ситуацию с проблемами горожан и городской среды.  Они же пытаются выстроить коммуникацию между основными интересантами вопроса. В малых городах такая активность — большая редкость. Все живут по привычке, всё меняется медленно.

Третий фактор — отсутствии адекватной коммуникации. Даже если у горожан сформирован запрос на конкретные изменения в городской среде, у них нет представительства в структурах управления и власти. А значит, и нет способа донести свои предложения до власти, а затем потребовать их исполнения.

Четвертый фактор — низкая квалификация исполнителей. У себя в Великом Новгороде я часто вижу, кто занимается обрезкой деревьев на городских улицах и в парках, кто красит бордюры в белый цвет растопыренной кисточкой — помятые с похмелья работяги, дядя Петя с дядей Васей. «А как обрезать-то?» – «Ровно!» Вот они и ровняют в силу своих умственных и физических возможностей. Результат мы все видим.

 

Городская территория как «палитра»: как спроектировать, усложнить и добавить уют

— И напоследок несколько практических советов, которые могут быть полезны слушателям Школы прикладной урбанистики. Например, как разложить город на составляющие искусства?

— Для начала неплохо вспомнить о композиции. По сути, за последние 30 лет постсоветские города потеряли большое количество городских составляющих: площади, бульвары, аллеи, скверы, сады, ярусные набережные, новые смотровые площадки.

Эти категории остались только в исторической застройке. Современный город практически уничтожил понятие «городского ансамбля» — это и сложная совокупность силуэтов в застройке, и расстановка высотных акцентов, грамотно сформированная городская колористика, включающая работу не только с цветом и фактурами на фасадах зданий, но и с разными породами деревьев и кустарников, которые усиливают целостное восприятие городских локаций.

Понятие «городской ансамбль» включает также внимание к деталям в городской среде: крышки на люках, остановочные павильоны, фонари, ограждения и т.д.

Всё это влияет на восприятие города и создаёт его образ в глазах горожан и приезжих. Он запоминается как картинка, а вот хорошая она или плохая, будет зависеть от вложенных усилий.

Важно, проектируя городские территории, держать в голове такие категории, как место, где можно «признаться в любви», «сделать предложение руки и сердца», «назначить первое свидание», «написать картину», «встретить рассвет после выпускного», «поймать самую большую рыбу», «научить ребёнка кататься на велосипеде или роликах», «удивить друга», «почувствовать, что ты можешь свернуть горы», «прокатиться на лодке», «покормить лебедя», «побыть в тишине».

В каждой из этих фраз заложена определённая эмоция, а значит, и определённая краска, как в живописи. Каждый город может создать эту «палитру» для себя. Тем более, что многие города в мире этим давно и успешно пользуются, пора и нам начинать.

— Как меняется понимание уюта, если меняется этажность?

— Кардинально. Проведите простой эксперимент: выберите в своём городе тихую уютную улочку. Внимательно посмотрите, как на ней расположены высотные акценты. Мысленно «вырастите» здания на этой улице сначала в два раза, затем в четыре, затем в восемь. Теперь добавьте во дворы количество машин, хозяева которых займут все эти «придуманные этажи» — и вы сразу поймёте, куда испарился тот самый уют.

— Как усложнять среду в новых локациях?

— Мне кажется, важно понимать, какова идентичность этой территории: есть ли рядом река, или территория примыкает к промзоне, или это заброшенные сады колхозов, или это бывшая деревня, которая постепенно вошла в городскую ткань. Также важно знать социальный портрет горожан, живущих на этой территории: семейные с маленькими детьми и ипотекой, или в основном пожилые, или приезжие, временно снимающие жильё.

Какие их потребности, жизненные стратегии и приоритеты? Исходя из подобных исследований, можно начинать внедрять те объекты и функции, которые будут приняты жителями и позволят им включиться в созидание городской среды. Нужно создавать в ней смысловые и визуальные акценты.

Для этого в новой локации можно пойти на эксперимент: например, попросить школьников представить своё видение фасадов школы и вместе с детьми реализовать их идею.

Таким образом, это уже будет не просто здание школы, это будет их школа, одна такая в городе. Подобный проект может привлечь «зрителей» из других районов города и поднять самооценку жителей этой территории. Ведь так важно, чтобы люди, особенно молодые, любили и гордились той городской средой, в которой они живут.

Беседовала культуролог Оксана Кузина

Фото: Драган Васич, из архива проекта «Дизайн-платформа», открытых интернет-источников



Добавить комментарий